Я художник народный, от Бога и власти, Нарисую вам радость, достаток и счастье! Напишу вам богатство, свободу и святость, Но в итоге в картине какая-то гадость?! Я рисую получку — выходят талоны, Я рисую свободу — выходят препоны. Вместо праздника жизни выходит рутина, Вместо сытого счастья одни лишь руины?! Что ж я за горе-художник такой? Что не так с моей кистью, не так что с рукой? Не умею, хоть плачь, нет таланта, хоть вой! Отпустите, я старый. Поеду домой! Я хотел набросать вам озёра с лесами, Где природа цветёт, где берёзы с дубами. Только кисть подвела, и на ней чьи-то пальцы — Вышли только пеньки да овраги-мерзавцы. Вдохновился идеей - пишу о величии! Взял мольберт я парадный, оделся в приличное. А на холст вдруг полезла война и страданья, Вопреки моим планам, мольбам, ожиданьям! Что ж я за горе-художник такой? Что не так с моей кистью, не так что с рукой? Не умею, хоть плачь, нет таланта, хоть вой! Отпустите, я старый. Поеду домой! А может дело не в таланте? А просто кто-то подворовывает? Налево кисти, краски вправо, Холстами тихо приторговывает? Вместо беличьих кистей - обмылок да с верёвкой, Вместо красок заграничных – мел да разведённый. Вот картины потому кривые и убогие, Да простят мазилу люди и, конечно, боги! Я пишу, что у нас всё прекрасно и чудно, Но на холст вылезает, что жить очень трудно. Я рисую врагов - победили мы в битве, А выходит на холст, что мы сами разбиты. Я старался, клянусь вам, потел, как проклятый! Но выходит лишь дрянь, самому непонятно?! Видно, кисть не обманешь, та знает всю правду. Может, знак это мне, что завязывать надо? Что ж я за горе-художник такой? Что не так с моей кистью, не так что с рукой? Не умею, хоть плачь, нет таланта, хоть вой! Отпустите, я старый. Поеду домой! Пусть возьмут кисти те, кто талантом отмечен, Кто не будет менять вдохновенье на печень. Кто напишет народу картину такую, Что заслужена им, а не ту, что рисуют. Кто напишет народу картину такую, Что заслужена им, а не ту, что рисуют.